приходом кризиса граждане Америки приступили к активной экономии. И делают они это в компании очаровательной Клары Каннуччари, восходящей звезды Интернета. Жительница штата Нью-Йорк является ведущей удивительной программы «Кухня Великой депрессии». Рецепты вкусной и здоровой пищи образца Америки тридцатых годов перемежаются захватывающими экскурсами в историю страны.
Поверьте, популярному шеф-повару есть что рассказать своей публике. О самых тяжёлых временах современной истории Соединённых Штатов она знает не из учебников и не из чужих мемуаров. В свои 93 года Клара Каннуччари имеет все основания не считаться с мнением историков – она сама жила в годы Великой депрессии и прекрасно помнит, каково было существовать в условиях тотальной безработицы и вселенского голода.
«Всеамериканская бабушка», как прозвали её миллионы зрителей, по праву смеётся над современным поколением, считая, что сегодняшние жалобы на рецессию – просто нытьё. Бывало и похуже , – жизнерадостно убеждает Клара своих поклонников с экранов мониторов.
Идея запустить госпожу Каннуччари во «всемирную паутину» осенила в 2007 году её правнука Кристофера. Тогда же в сети появились первые серии кулинарного шоу, быстро набиравшего популярность. Но как только в Америке разразился нынешний экономический кризис, слава бабушки Клары шагнула далеко за пределы Интернета, ибо впервые за долгие годы американские семьи столкнулись с необходимостью строжайшей экономии.
О простых и дешёвых рецептах от Каннуччари писали крупнейшие газеты и рассказывали ведущие национальные телеканалы. Количество зрителей перевалило за полтора миллиона. В продаже уже появились диски с записью ранее выпущенных серий шоу, а в ближайшем будущем ожидается выпуск полноценной кулинарной книги – нынешний финансовый кризис с лихвой компенсировал неутомимой Кларе Куннуччари тяготы прошлого.
Впрочем, немного сэкономить на еде можно и без помощи умудрённой опытом «всеамериканской бабушки». Её блюда, конечно, полезней и привычного фастфуда, и полуфабрикатов. Но разве можно покинуть Нью-Йорк, родину системы быстрого питания, ни разу не отведав местный вариант чизбургера, хот-дога или картошки фри? Ленивые граждане США, не желающие стоять за плитой под чутким руководством старушки Клары, продолжают экономить в «Макдональдсе» (McDonald’s), «Бургер Кинге» (Burger King) и прочих популярных заведениях с популярной едой. Есть смысл последовать их примеру, но только в форме краткосрочного эксперимента.
Если завести со среднестатистическим американцем разговор о национальной кухне Соединённых Штатов, велик шанс кардинально изменить его представление о мире. Это со стороны очевидно, что американская гастрономия как таковая почти не существует. Она родилась на благодатной британской почве, смешалась с традициями индейцев и позже растворилась в кулинарных особенностях иммигрантов со всего мира. Где на территории Нью-Йорка заканчивается китайская лапша и начинается итальянская паста, сказать сегодня почти невозможно.
Но если знакомые американцы начнут с пеной у рта доказывать, что их национальные блюда – пицца, картошка фри («френч фрайс»), яблочный пирог и тушёная индейка, даже не пытайтесь им объяснить, что итальянцы, французы и англичане имеют на перечисленные яства несколько больше прав. Пусть тешат себя иллюзией, что и у них есть гастрономические традиции, достойные гордости. Мы-то знаем, что то единственное блюдо, которое действительно принадлежит Америке, называется Биг-Мак. Только никому ни слова – это национальный американский секрет.
Фастфуд нельзя назвать кулинарными пристрастиями отдельного народа. Это нечто большее. Это философия Нового Света с его неуёмным стремлением к свободе, счастью и процветанию.
А началось всё именно в Нью-Йорке. Шёл солнечный июльский день 1912 года. Легендарный лайнер «Титаник», так и не добравшийся до берегов Америки, уже несколько месяцев покоился на дне Атлантического океана. Теодор Драйзер всё ещё корпел над своим знаменитым «Финансистом», первой частью «Трилогии желания». А на Таймс-Сквер (Times Square) тем временем появилась странная закусочная-фастфуд с ёмким названием «Автомат» («Automat»).
Стоило опустить в специальную щель один никель, равный пяти центам, как в ту же минуту из машины выскакивал стакан молока, кофе или пива. Помимо напитков, уникальная конструкция торговала горячими бобами, тушёной говядиной и черничным пирогом. Жители Нью-Йорка, не желавшие тратить много времени на еду, были счастливы. Вот оно – самое быстрое спасение от голода, мешающего гоняться за американской мечтой.
Первые закусочные такого типа появились десятью годами ранее в Филадельфии, где, кстати, родился главный герой романа «Финансист» Фрэнк Каупервуд. Но если бы его бурная деятельность была связана с общепитом, гениальный финансовый воротила, выдуманный Драйзером, без труда бы догадался, что автоматические рестораны могут произвести культурную революцию только на территории Нью-Йорка – города, который никогда не спит. Так и случилось.
Едва обосновавшись на Таймс-Сквер, механический повар произвёл сенсацию и превратился в одну из главных достопримечательностей города. По всему городу начали продавать открытки с видом на чудо человеческой мысли, и каждый турист считал своим долгом посетить ресторан, не требующий чаевых и неведающий, что значит плохое настроение. Побывать в Нью-Йорке и не отведать горячего яблочного пирога из знаменитого «Автомата» казалось немыслимым – друзья засмеют. Закусочные с постоянно меняющимся ассортиментом стали настолько популярны, что некоторые блюда начали продавать в обычных магазинах и кафе – в надежде немного погреться в лучах первого американского фастфуда.
Последователи не заставили себя долго ждать. В 1916 году на полуострове Кони-Айленд, расположенном на южной оконечности Бруклина, появилась всемирно известная закусочная «Фэймоус Натанс» (Famous Nathan's), которая не просто дожила до наших дней, но и успешно расплодилась – забегаловки под этой маркой можно встретить сегодня в семнадцати странах. Но лучше всего посетить именно бруклинский вариант – самый первый и потому самый популярный. И лучше всего это сделать 4 июля, когда в «Фэймоус Натанс» собираются самые горячие поклонники булок с сосисками.
Каждый год жарким июльским днём в бруклинском кафе проводится всемирный чемпионат по поеданию хот-догов. Участвовать может любой желающий, но соперничать с признанными мастерами этого вида спорта вряд ли под силу новичкам – последнее время борьба разворачивается между Такеру Кабаюши и Джоэ Честнат. Их профессиональные достижения растут с каждым годом. Действующий мировой рекорд принадлежит Честнату, умудрившемуся проглотить 68 хот-догов всего за десять минут. И боюсь, что это ещё не предел.
Количество сосисок, пожираемых Джоэ Честнатом, шокирует и самих американцев. За несколько минут рекордсмен уничтожает больше хот-догов, чем среднестатистический житель Нью-Йорка за целый год. А ведь в Соединённых Штатах к этому блюду относятся с особым трепетом, хотя и признают, не без скрипа, первенство немцев, главных любителей колбасных изделий.
Традиция укладывания мяса между ломтиками хлеба идёт из глубокой древности. Так, по крайней мере, утверждают филологи, обнаружившие в гомеровской «Одиссее» любопытное упоминание о сосиске. Впрочем, современная история хот-дога началась во Франкфурте, где один мясник готовил колбаски под названием «дачбунд» («dachshund»), что в переводе с языка Гёте означает «такса». Это копчёное изделие волею судеб и стараниями немецкого эмигранта очутилось на территории Нового Света. В 1871 году он устроил скромный уличный лоток и начал продавать колбаску, завёрнутую в ломтики хлеба.
Блюдо, прекрасно отвечавшее американскому ритму жизни, стало безумно популярным. За год шустрому немцу удалось продать 3684 колбаски из Франкфурта, и в борьбу за покупателя вступили сотни уличных торговцев, пытавшихся привлечь едоков новыми, усовершенствованными вариантами блюда. Один из продавцов, имя которого осталось неизвестным, вместо обычных ломтиков хлеба решил использовать аккуратно разрезанную булку.
Иллюстратор Дарган, обнаружив такой любопытный вариант бутерброда, захотел зарисовать этот случай, но сомневался в правильности написания немецкого слова «дачбунд». Недолго думая, он дал своей иллюстрации американское имя. Так на свет и родился знаменитый хот-дог, у которого в Соединённых Штатах есть и собственный праздник (18 июля), и свой Национальный совет, занимающийся изучением качества продукта, его дегустацией и рекламой.
Немцы капитально изменили рацион жителей США. Выходцы из Франкфурта подарили американцам хот-дог. Уроженцы Гамбурга познакомили с главным национальным бутербродом. Рождение гамбургера произошло в самом начале XX века, когда гастроном Луи Лессинг положил немецкий бифштекс между двумя круглыми булочками, добавил соус и листик салата. Впрочем, символом американской кухни это блюдо стало далеко не сразу – братья Ричард и Морис Макдональд едва появились на свет.
История самого успешного бургер-бизнеса началась в 1948 году, когда в калифорнийском городе Сан-Бернардино возник первый ресторан быстрого обслуживания «Макдональдс», превратившийся в скором времени в барометр глобализации. В Нью-Йорк новый тип фастфуда пришёл в мгновение ока, и нет никаких оснований надеяться, что нормальная еда вытеснит когда-нибудь дешёвые гамбургеры, чизбургеры и картошку фри. Злоупотреблять этой едой не рекомендуется, но на Бродвей (Broadway) всё же загляните – оно того стоит.
В доме под номером 160 по главной театральной улице Нью-Йорка находится самый удивительный «Макдональдс», напоминающий дешёвую забегаловку только ценами. Двери открывает солидный привратник в белых перчатках. В зале играет живая музыка. В туалетных комнатах стоят настоящие цветы. На втором этаже расположен сувенирный бутик с канделябрами и тёмными панелями. Пенистый капучино подаёт официант в галстуке и чёрной вельветовой шляпе.
А в красивом обеденном зале, украшенном красными гвоздиками, стоят уютные мраморные столики, за которыми обедают молодые биржевые маклеры с соседней Уолл-стрит (Wall Street). В ожидании карьерного взлёта даже обитателям крупнейшей в мире фондовой биржи приходится урезать свои расходы. Акции компании «Макдональдс» тем временем неутомимо ползут вверх, символизируя собой воплощение американской мечты.
